Неточные совпадения
Мои богини! что вы? где вы?
Внемлите мой
печальный глас:
Всё те же ль вы? другие ль девы,
Сменив, не заменили вас?
Услышу ль вновь я ваши хоры?
Узрю ли русской Терпсихоры
Душой исполненный полет?
Иль взор унылый не найдет
Знакомых
лиц на сцене скучной,
И, устремив на чуждый свет
Разочарованный лорнет,
Веселья зритель равнодушный,
Безмолвно буду я зевать
И о былом воспоминать?
Наружность поручика Вулича отвечала вполне его характеру. Высокий рост и смуглый цвет
лица, черные волосы, черные проницательные глаза, большой, но правильный нос, принадлежность его нации,
печальная и холодная улыбка, вечно блуждавшая на губах его, — все это будто согласовалось для того, чтоб придать ему вид существа особенного, не способного делиться мыслями и страстями с теми, которых судьба дала ему в товарищи.
Странная улыбка искривила его
лицо, жалкая,
печальная, слабая улыбка, улыбка отчаяния.
Ты, как вдова
печальная,
Стоишь с косой распущенной,
С неубранным
лицом!..
— Тронутый до внутренности сердца толико
печальным зрелищем, ланитные мышцы нечувствительно стянулися ко ушам моим и, растягивая губы, произвели в чертах
лица моего кривление, улыбке подобное, за коим я чхнул весьма звонко.
Во время путешествия он заметно успокоился; но по мере приближения к дому
лицо его все более и более принимало
печальное выражение, и когда, выходя из коляски, он спросил у выбежавшего, запыхавшегося Фоки: «Где Наталья Николаевна?» — голос его был нетверд и в глазах были слезы.
Голос его был груб и хрипл, движения торопливы и неровны, речь бессмысленна и несвязна (он никогда не употреблял местоимений), но ударения так трогательны и желтое уродливое
лицо его принимало иногда такое откровенно
печальное выражение, что, слушая его, нельзя было удержаться от какого-то смешанного чувства сожаления, страха и грусти.
Ее
лицо показалось ему
печальным.
Я пошел за ним. В гостиной, на середнем диване, сидела старушка небольшого росту, в коричневом платье и белом чепце, с добреньким и худеньким
лицом, робким и
печальным взглядом.
Кутузов, задернув драпировку, снова явился в зеркале, большой, белый, с
лицом очень строгим и
печальным. Провел обеими руками по остриженной голове и, погасив свет, исчез в темноте более густой, чем наполнявшая комнату Самгина. Клим, ступая на пальцы ног, встал и тоже подошел к незавешенному окну. Горит фонарь, как всегда, и, как всегда, — отблеск огня на грязной, сырой стене.
Только на Варшавском вокзале, когда новенький локомотив, фыркнув паром, повернул красные, ведущие колеса, а вагон вздрогнул, покатился и подкрашенное
лицо матери уродливо расплылось, стерлось, — Самгин, уже надевший шапку, быстро сорвал ее с головы, и где-то внутри его тихо и вопросительно прозвучало
печальное слово...
Варвара молча кивала головой, попросив чаю, ушла к себе, а через несколько минут явилась в черном платье, причесанная, с
лицом хотя и
печальным, но успокоенным.
Она погладила его руку. До слез жалко было ему ее великолепное
лицо,
печальные и нежные глаза.
В магазинах вспыхивали огни, а на улице сгущался мутный холод, сеялась какая-то сероватая пыль, пронзая кожу
лица. Неприятно было видеть людей, которые шли встречу друг другу так, как будто ничего
печального не случилось; неприятны голоса женщин и топот лошадиных копыт по торцам, — странный звук, точно десятки молотков забивали гвозди в небо и в землю, заключая и город и душу в холодную, скучную темноту.
Он смотрел в ее серьезное
лицо, в
печальные глаза, ему хотелось сказать ей очень злые слова, но они не сползали с языка.
Но в одно прекрасное утро приходите и, вместо шумного общества или вместо знакомых, обедаете в кругу новых
лиц; вместо веселого разговора царствует
печальное, принужденное молчание.
На сердце у нее столпилось столько разных чувств, одно другого досаднее, одно другого
печальнее, что
лицо ее выражало одно только сильное смущение; слезы дрожали на глазах.
Потом вдруг точно проснулся; не радостное, а
печальное изумление медленно разлилось по
лицу, лоб наморщился. Он отвернулся, положил шляпу на стол, достал папироску и стал закуривать.
И выражение
лица беспрестанно меняется: какая кроткая! какая сердитая! вот
печальная, вот веселая, — все меняется! а все добрая, — как же это, и когда сердитая, все добрая? но только, какая же она красавица! как ни меняется
лицо, с каждою переменою все лучше, все лучше.
Дама в трауре сидела, пододвинув кресла к столу. Левою рукою она облокотилась на стол; кисть руки поддерживала несколько наклоненную голову, закрывая висок и часть волос. Правая рука лежала на столе, и пальцы ее приподымались и опускались машинально, будто наигрывая какой-то мотив.
Лицо дамы имело неподвижное выражение задумчивости,
печальной, но больше суровой. Брови слегка сдвигались и раздвигались, сдвигались и раздвигались.
Лицо его было приветливо, черты мягки и округлы, выражение
лица усталое и
печальное.
Высокий ростом, с волосами странно разбросанными, без всякого единства прически, с резким
лицом, напоминающим ряд членов Конвента 93 года, а всего более Мара, с тем же большим ртом, с тою же резкой чертой пренебрежения на губах и с тем же грустно и озлобленно
печальным выражением; к этому следует прибавить очки, шляпу с широкими полями, чрезвычайную раздражительность, громкий голос, непривычку себя сдерживать и способность, по мере негодования, поднимать брови все выше и выше.
Но одной добротой не исчерпывается ни его характер, ни выражение его
лица, рядом с его добродушием и увлекаемостью чувствуется несокрушимая нравственная твердость и какой-то возврат на себя, задумчивый и страшно грустный. Этой черты, меланхолической,
печальной, я прежде не замечал в нем.
Преждевременно состаревшееся
лицо Ивана Васильевича носило резкие следы страданий и борьбы, после которых уже выступил
печальный покой морской зыби над потонувшим кораблем.
Старикам и молодым было неловко с ним, не по себе; они, бог знает отчего, стыдились его неподвижного
лица, его прямо смотрящего взгляда, его
печальной насмешки, его язвительного снисхождения.
В окно был виден ряд карет; эти еще не подъехали, вот двинулась одна, и за ней вторая, третья, опять остановка, и мне представилось, как Гарибальди, с раненой рукой, усталый,
печальный, сидит, у него по
лицу идет туча, этого никто не замечает и все плывут кринолины и все идут right honourable'и — седые, плешивые, скулы, жирафы…
Середь этих уродливых и сальных, мелких и отвратительных
лиц и сцен, дел и заголовков, в этой канцелярской раме и приказной обстановке вспоминаются мне
печальные, благородные черты художника, задавленного правительством с холодной и бесчувственной жестокостью.
Унылая, грустная дружба к увядающей Саше имела
печальный, траурный отблеск. Она вместе с словами диакона и с отсутствием всякого развлечения удаляла молодую девушку от мира, от людей. Третье
лицо, живое, веселое, молодое и с тем вместе сочувствовавшее всему мечтательному и романтическому, было очень на месте; оно стягивало на землю, на действительную, истинную почву.
Так прошло много времени. Начали носиться слухи о близком окончании ссылки, не так уже казался далеким день, в который я брошусь в повозку и полечу в Москву, знакомые
лица мерещились, и между ними, перед ними заветные черты; но едва я отдавался этим мечтам, как мне представлялась с другой стороны повозки бледная,
печальная фигура Р., с заплаканными глазами, с взглядом, выражающим боль и упрек, и радость моя мутилась, мне становилось жаль, смертельно жаль ее.
Постоянно бывали у нас на собраниях всегда
печальный граф де Панж, Фюмэ, Дерменгем, бывал Мунье, впоследствии редактор «Esprit», бывали и некоторые духовные
лица.
Улыбаясь, она задумалась, долго сидела молча, а большое
лицо ее морщилось, становясь
печальным, темнея.
Между женщинами в самом деле было несколько смуглых цыганок с лукавыми, притворно-печальными
лицами, и почти все дети были цыганята.
Тамара с голыми белыми руками и обнаженной шеей, обвитой ниткой искусственного жемчуга, толстая Катька с мясистым четырехугольным
лицом и низким лбом — она тоже декольтирована, но кожа у нее красная и в пупырышках; новенькая Нина, курносая и неуклюжая, в платье цвета зеленого попугая; другая Манька — Манька Большая или Манька Крокодил, как ее называют, и — последней — Сонька Руль, еврейка, с некрасивым темным
лицом и чрезвычайно большим носом, за который она и получила свою кличку, но с такими прекрасными большими глазами, одновременно кроткими и
печальными, горящими и влажными, какие среди женщин всего земного шара бывают только у евреек.
А теперь, — Женька вдруг быстро выпрямилась, крепко схватила Колю за голые плечи, повернула его
лицом к себе, так что он был почти ослеплен сверканием ее
печальных, мрачных, необыкновенных глаз, — а теперь, Коля, я тебе скажу, что я уже больше месяца больна этой гадостью.
Вошла Фленушка, смущенная, озабоченная, в слезах. Мастерица была она, какое хочет
лицо состроит: веселое — так веселое,
печальное — так
печальное.
Покойнице, мнится мне, не по себе что-то было: то развеселая по горницам бегает, песни поет, суетится, ехать торопится, то ровно варом ее обдаст, помутится вся из
лица, сядет у окна грустная такая,
печальная…
Фарлаф… ужели?»
В
лице печальном изменясь,
Встает со стула старый князь,
Спешит тяжелыми шагами
К несчастной дочери своей,
Подходит; отчими руками
Он хочет прикоснуться к ней...
Глаза опять нечаянно открылись, и Егорушка увидел новую опасность: за возом шли три громадных великана с длинными пиками. Молния блеснула на остриях их пик и очень явственно осветила их фигуры. То были люди громадных размеров, с закрытыми
лицами, поникшими головами и с тяжелою поступью. Они казались
печальными и унылыми, погруженными в раздумье. Быть может, шли они за обозом не для того, чтобы причинить вред, но все-таки в их близости было что-то ужасное.
Несмотря на сутулость и оспенное
лицо, в нем было какое-то особое прирожденное изящество, а маленькие, немного
печальные, но очень живые черные глаза глядели из-под рябоватых век необыкновенно привлекательным и добрым взглядом.
И пугливые взгляды
печальных черных глаз, и грустное выражение его смуглого
лица, и рассказы, и жадность, с какой он накидывался на приносимую нами пищу, — все это внушало нам какое-то захватывающее, острое сочувствие к купленному мальчику и злобу против его владыки, которая в одно утро и прорвалась наружу.
Хотя
печальное и тягостное впечатление житья в Багрове было ослаблено последнею неделею нашего там пребывания, хотя длинная дорога также приготовила меня к той жизни, которая ждала нас в Уфе, но, несмотря на то, я почувствовал необъяснимую радость и потом спокойную уверенность, когда увидел себя перенесенным совсем к другим людям, увидел другие
лица, услышал другие речи и голоса, когда увидел любовь к себе от дядей и от близких друзей моего отца и матери, увидел ласку и привет от всех наших знакомых.
Лица и звук голосов их имели серьезное, почти
печальное выражение, как будто потери вчерашнего дела сильно трогали и огорчали каждого, но, сказать по правде, так как никто из них не потерял очень близкого человека (да и бывают ли в военном быту очень близкие люди?), это выражение печали было выражение официальное, которое они только считали обязанностью выказывать.
Отсюда начинается один анекдот, который случился с этою девушкою и был поводом к самым
печальным явлениям для некоторых
лиц в нашем романе.
Очень уж она охотница большая до любви!» — заключил Аггей Никитич в мыслях своих с совершенно не свойственной ему ядовитостью и вместе с тем касательно самого себя дошел до отчаянного убеждения, что для него все теперь в жизни погибло, о чем решился сказать аптекарю, который аккуратнейшим образом пришел к нему в назначенное время и, заметив, что Аггей Никитич был с каким-то перекошенным,
печальным и почти зеленым
лицом, спросил его...
Князь на этот раз был не в кабинете, а в своей богато убранной гостиной, и тут же с ним сидела не первой молодости, должно быть, девица, с
лицом осмысленным и вместе с тем чрезвычайно
печальным. Одета она была почти в трауре. Услыхав легкое постукивание небольших каблучков Егора Егорыча, князь приподнял свой зонтик.
— Удивительно, неописанно хорошо!.. — подхватила Миропа Дмитриевна. — И я вот теперь припоминаю, что вы совершенно справедливо сказали, что тут какой-нибудь роман, потому что у дочери, тоже как и у матери,
лицо очень
печальное, точно она всю ночь плакала.
Миропа Дмитриевна непременно ожидала, что Рыжовы примут ее приветливо и даже с уважением, но, к удивлению своему, она совершенно этого не встретила, и началось с того, что к ней вышла одна только старуха-адмиральша с
лицом каким-то строгим и
печальным и объявила, что у нее больна дочь и что поэтому они ни с кем из знакомых своих видаться не будут.
Под конец, впрочем, беседа была несколько омрачена
печальным известием, которое принес вновь прибывший господин, с
лицом отчасти польского характера, в усах, и как бы похожий на отставного военного, но на самом деле это был один из первоклассных русских музыкальных талантов.
— Нет, не может, — сознался тот с
печальным выражением в
лице, — и по многим причинам, из коих две главные: одна — его совесть, а другая — его супруга, которая не пожелает этого сближения!
Пока все нами описанное происходило в Зимнем дворце, должностные
лица, собравшиеся в Александро-Невскую лавру, чтобы присутствовать при благодарственной службе, были извещены о
печальной новости, привезенной курьером из Таганрога.